Присоединяйтесь к нам

Здоровье

Этот безумный, безумный человек — Квентин Тарантино

AllDay News

Опубликовано

Фото к новости

«Понимаешь, нельзя жить нормальной жизнью, снимая фильм, — говорит он, почти извиняясь. — Все как всегда. Дантист — черт, у меня нет на это времени. Оплатить счета — ни хрена: у меня нет времени; Убраться в комнате — да пошли вы… У меня нет времени. И все-таки, знаешь, это здорово. Это смешно. Весело заниматься чем-то настолько важным, по сравнению с чем остальное не имеет смысла. Но сейчас мне не до того: я просто хочу потусоваться с друзьями, поздно вставать, выучить иностранный язык. Жизнь слишком коротка, чтобы делать один фильм за другим. Это то же, что жениться только для того, чтобы жениться. Я хочу влюбиться и сказать: «Вот это женщина!» «Если исходить из того, что я чувствую сейчас, — абсолютно серьезно заявляет Тарантино, — я больше не хочу снимать кино». Тарантино сказал это вскоре после выхода на экраны «Криминального чтива» и получения Золотой пальмовой ветви на Каннском кинофестивале 1994 года.

В начале 1992 года никто и слыхом не слыхивал о Тарантино. К концу года его приветствовали как новомодного мессию от кинематографа. С появлением «Криминального чтива» средства массовой информации и сама киноиндустрия подверглись мощному шоку. Апокрифическая история, конечно, гласит, что между тем временем, когда Тарантино пахал за прилавком магазина видеокассет, и тем, когда он снял свой первый фильм «Бешеные псы», не прошло и минуты. Существует много версий о тяжелом детстве: мать-подросток, провинциалка из глухой деревни, наполовину чероки, выросшая в косном болоте американского юга и воспитавшая своего оборванца-сына в Аппалачах, освещенных лунным светом. В поисках работы она переехала в Лос-Анджелес, а маленький Квентин бросил школу и стал сам пробивать себе дорогу в жизни на погрязших в разврате улицах города. Такие истории редко правдивы. Квентин Тарантино не звезда из рабочего класса.

Итак, давайте начнем сначала. Квентин Тарантино родился 27 марта 1963 года в Ноксвилле, штат Теннесси. Его мать, Конни МакХью, и правда коренная жительница этого штата, но выросла она в Кливленде, штат Огайо. В школу она пошла в Лос-Анджелесе и Лос-Анджелес считает своим домом. «На самом деле я никогда по- настоящему не жила там (в Теннесси), — объясняет она. — Я наполовину чероки, но вы никогда бы этого не сказали. Это все погоня за сенсацией — я ведь не бродила по Штатам в мокасинах. Единственная причина, по которой я была в Теннесси, когда родился Квентин, в том, что я училась там в колледже. По какой-то причине у меня не было романтического убеждения, что я должна учиться в штате, в котором родилась». Тем не менее Конни действительно было всего шестнадцать, когда она забеременела. Одаренная ученица, она окончила школу в пятнадцать лет и вышла замуж только для того, чтобы стать независимой женщиной. Мужем Конни был 21-летний студент юридического университета, мечтающий стать актером, Тони Тарантино.»Это не была гадкая беременность подростка, это скорее был акт освобождения». Брак, однако, не удался. «Его отец даже не узнал, что Квентин родился, — говорит Конни. — Я узнала, что беременна, уже после того, как мы расстались, но никогда не пыталась с ним связаться». Будучи беременной и раздумывая, как назвать ребенка, Конни «запала» на сериал «Дым стрельбы» и особенно на главного героя в исполнении Берта Рейнолдса — Квинта Аспера. «Но мне хотелось, чтобы имя было более официальным, чем Квинт, — говорит она. — Как раз в то время я читала «Шум и ярость» Фолкнера. Имя героини было Квентин. И я решила, что ребенка назову Квентин, независимо от пола. Я также подыскивала как можно больше уменьшительных. Самым кратким было Квент, но я быстро сократила его до Кью». До сих пор большинство друзей так его и называют. Когда Тарантино было два года, Конни переехала обратно в Лос-Анджелес, где вышла замуж за Курта Заступила, местного музыканта. Курт усыновил Квентина, когда тому было два с половиной года, и дал ему свою фамилию. По сути, только закончив школу и решив стать актером, Квентин Заступил вернулся к более подходящей для сцены фамилии своего биологического отца — Тарантино. По мере того как Конни делала удачную карьеру в области фармакологии, семейство построило собственный дом в части Лос-Анджелеса, известной как Саут-Бей. Квентин рос в окружении белых и черных, так что он испытывал влияние кино- и попкультуры различных направлений. Единственный ребенок среди взрослых, он много часов проводил перед телевизором, без конца пересматривая сериалы вроде «Семьи Партриджей» и «Кун-фу». В «Криминальном чтиве» юный Буч Кулидж, также из Ноксвилла, сын матери-одиночки, сидит, уткнувшись носом в экран телевизора, и смотрит мультики с участием Клатча Карго — популярного рисованного героя 50-х годов. Можно считать это реминисценцией из жизни самого режиссера, кивком на телевизионные шоу, которые Тарантино смотрел в юности и воспоминания о которых так часто всплывают в его фильмах. Вполне в духе современного либерального воспитания в семье подросток Тарантино мог смотреть в кино все, что ему вздумается (предписания цензуры в Штатах разрешают несовершеннолетним в сопровождении взрослых смотреть то, что в Англии не разрешили бы смотреть до 18 лет). И в то время, пока его ровесники наслаждались чем-то вроде «Джумбо» и «Маугли», Тарантино любил что покруче. В «Криминальном чтиве», например, обыгрываются сцены из фильма «Избавление», что может послужить на руку тем, кто предполагает, что чересчур откровенные эпизоды пагубно влияют на детские умы.

Когда Квентину было восемь, Курт и Конни развелись. Конни не поддалась искушению излишне баловать Квентина только потому, что он рос без отца. Тарантино не нравилось то, что он учился в частной, платной христианской школе, поэтому он начал прогуливать. «Я могла бы отсылать его в школу каждый день, чтобы он целый день болтался на улице. Но я могла и позволить ему бросить школу. Мне казалось, что будет легче его контролировать, если разрешить ему оставаться дома», — заключает Конни. Таким образом, в шестнадцать лет, с вынужденного согласия матери, Тарантино бросил школу с условием, что найдет работу. И Тарантино, типично для себя, обрел первое рабочее место в качестве билетера в одном из кинозалов в Торренсе, где крутили порно. «Большинство подростков думают: «Классно, я в порнокинотеатре!» — говорит Тарантино. — Но мне не нравились порнофильмы. Мне нравилось настоящее кино, а не это — противное и дешевое».

Где-то в это же время Тарантино начал посещать классы актерского мастерства Джеймса Беста, где готовили актеров для телевидения. Денег катастрофически не хватало. Квартиру он снимал на окраине Лос-Анджелеса. «В школу я добирался три часа с двумя пересадками, — рассказывал Тарантино. — В вечернее время автобусы ходили по расписанию, так что иногда я запасался спальным мешком и ночевал в школе». Дерзкой попыткой стать заметным было то, что он написал в анкете, будто сыграл роль второго плана в фильме Жан-Люка Годара «Король Лир» (в главных ролях Вуди Аллен и Молли Рингуольд), и не только потому, что это производило впечатление, но и потому, что ни один режиссер не смог бы этого проверить. Хотя его фамилия даже попала в несколько известных каталогов, он почти наверняка не снимался в этом фильме. Но, несмотря и на этот дерзкий шаг, роли не посыпались на него из рога изобилия. «Это достаточно странно, но я больше занимался театральной работой, нежели чем-то другим, — объясняет он. — Я никак не мог найти работу. По правде говоря, единственная законная работа, которую я получил, была роль в «Золотых девочках». Это была единственная работа, которую я вообще получил. Я играл роль двойника Элвиса. Я был Элвисом-деревенщиной. Я был настоящим Элвисом, все остальные — Элвисами после того, как он раскрутился». Сценарист Крейг Хейменн был другом и соратником Тарантино в те далекие дни. Они встретились в январе 1981 года в театральном центре Джеймса Беста. «Я просто был уверен, что Квентин — потрясающий актер, лучший актер, я не мог не уважать его талант. Пока мы были в студии, я не знаю, насколько серьезно воспринимали Квентина, но я-то воспринимал его всерьез. Как бы то ни было, мы стали хорошими друзьями. Вместе мы смотрели кучу фильмов. Он познакомил меня с китайским кинематографом, итальянскими фильмами ужасов, и мы решили в один прекрасный день, что хотим снять фильм. Нам пришла в голову идея, мы ее обсудили, написали короткий сценарий на 33 страницах и закончили тем, что назвали фильм «День рождения моего лучшего друга». Затем мы добавили к нему еще пару сцен, сняли его за пять тысяч баксов и получили почти готовый фильм». «Это была комедия в духе «Мартина и Льюиса», — говорит Тарантино. — Мы ее не закончили. Историческая важность (смеется) фильма в том, что его режиссером был Квентин, сценарий писали мы двое, Рэнд Фосслер, который потом стал одним из продюсеров «Прирожденных убийц», был оператором. А Роджер Эйвори был администратором группы, состоящей из трех человек. Так что мы с Квентином тоже работали с командой». Монолог из фильма, в котором Тарантино рассказывает о своих бедах на радио, свидетельствует, что характерный для него стиль уже появился. У Тарантино и Хейменна, часто замещавших третьего актера, который и не собирался появляться, фильм стал любимым детищем. К сожалению, он не был закончен, «потому что у нас была авария в лаборатории, у нас не было страховки, и мы потеряли пару катушек пленки, — говорит Хейменн. — Оглядываясь назад — да и сам Квентин об этом говорит, — нужно признать, что это было для него настоящей школой, потому что ни Квентин, ни я никогда-никогда не ходили на режиссерские курсы. Но мы многое узнали сами».

Жизнь шла своим чередом, и Тарантино нашел прибыльную работу. Небеса даровали ему должность продавца кассет в вышеупомянутом магазине «Видеоархив» в богемном районе Лос-Анджелеса Манхэттен-Бич. «До того как я стал режиссером, это была лучшая из работ, которую я когда-либо получал». Владелец магазина Ланс Лоусон помнит, как школьник, которого явно выгнали из старших классов, зашел в магазин в 1983 году. Он просто горел от нетерпения, желая поговорить о кино. В итоге Лоусон предложил ему работу с условием, что он будет получать всего 4 доллара в час, и с разрешением выписывать столько видеокассет, сколько ему хочется, бесплатно. Как вспоминает Лоусон, Тарантино в основном одевался в черное. Кроме того, он ездил на «хонде», питался гамбургерами, запоем читал комиксы и детективы, нет, криминальное чтиво, любил Элвиса и Трех Клоунов и, как говорят предания, был настолько рассеян в личных делах, что набрал штрафов на 7000 долларов за нарушение правил движения и парковки. А однажды его остановили и отправили в тюрьму. «В то время, пока он был в тюрьме, он подслушал, как разговаривают друг с другом заключенные. Он записал все это на листке бумаги самым мелким почерком, какой только можно себе представить, — рассказывает Эйвори. — Так что большинство из того, что говорит Дрексл в «Настоящей любви», действительно родилось в настоящей тюрьме». Тюремный опыт есть и в «Бешеных псах».

«Видео-архив» был в каком-то смысле равноценной заменой режиссерским курсам. Тарантино воспринял кино с телевизионного экрана. Это и определило его преимущественный интерес к сюжету и событийным элементам жанра, в то время как эстеты большого экрана были прежде всего заворожены монтажом, атмосферой кадра и деталями, из которых кадр складывался. В то время, когда он не стоял за прилавком, он трудился над собственным сценарием. Не стоит недооценивать количество времени, которое он этому уделял: «все рассветные часы», по свидетельству одного из его приятелей. К 1987 году он полностью закончил два сценария — «Настоящая любовь» («True Love») и «Прирожденные убийцы» («Natural Born Killers»). «У Квентина мозги приспособлены для написания диалогов, — считает Эйвори. — Он может дословно повторить разговор, который у вас был 10-15 лет назад». «Вы бы узнали массу вещей, — рассуждает Лоусон, — вы бы поняли, откуда то, откуда это. Многое было очень личным. Например, мне это настолько надоело, что я перестал ходить обедать с Квентином, потому что Квентин был прообразом персонажа Стива Бушеми из «Псов». Он не давал чаевых и имел из-за этого кучу проблем». Одно время он названивал известным режиссерам, предлагая каждому встретиться якобы для обсуждения книги, которую он о нем пишет: на самом деле он просто хотел сесть и поговорить с ними — это и было его учебой. Плюс он получал бесплатный ланч.

После «Видео-архива» Тарантино работал на «Империал Энтертейнмент» — он был коммивояжером, продававшим кассеты таким же магазинам. Однако вскоре он смог оставить эту профессию и зарабатывать деньги писательством.

«Ты о…ела? Что за г…но ты мне прислала? Ты действительно думаешь, что я стану читать эту срань?» Таков был отзыв одного голливудского магната — он высказал все это приятельнице Тарантино, которая была вхожа в высшие круги американского киноистеблишмента. Кстати, возмущение мэтра было понятным: все сценарии Тарантино были написаны от руки. Невообразимым почерком, разноцветными чернилами, с орфографическими ошибками. Были деньги — отдавал машинистке, не было — скреплял ворох мятых разнокалиберных бумажек бельевой прищепкой («Бешеные псы» появились на свет именно в таком экстравагантном обличье!). Тарантино пытался заинтересовать разные независимые компании и людей с закрытых вечеринок, чтобы они вложили деньги. Однако, устав от пустых обещаний, основанных на неуверенности в жизнеспособности фильма, спустя три года Тарантино решил продать сценарий «Настоящей любви», чтобы обеспечить бюджет фильму, который он хотел снимать сам — «Бешеным псам».

Как раз во время работы в «Империал» Тарантино наконец наняли написать сценарий за полторы тысячи долларов специалисты по спецэффектам с тем условием, что если он напишет им сценарий, спецэффекты для его фильма они сделают бесплатно. В результате появился фильм ужасов «От заката до рассвета». Сценарий, как это произошло с остальными ранними работами Тарантино, пролежал где-то на полке, интерес к нему вернулся только после того, как Тарантино прославился «Бешеными псами». «От заката до рассвета» был снят и выпущен в августе 1995 года, режиссером был Роберт Родригес, в главные роли исполнили Джордж Клуни, Харви Кейтель, Джульет Льюис и сам Квентин.

Потом он получил другую работу — за семь тысяч долларов отредактировать диалоги (это было его вторым опытом в профессиональной области) для сценария Фрэнка Норвуда, названного «После полуночи», — романтического триллера 1992 года с Рутгером Хауэром и Наташей Ричардсон в главных ролях. «Они наняли меня отшлифовать диалоги, — рассказывает Тарантино,- а на самом деле я их переписывал через страницу. К тому времени, как они сняли фильм, сценарий состоял наполовину из того, что написал я, и наполовину из оригинального текста. В основном Наташа Ричардсон играла мой текст, а Рутгер Хауэр — оригинальный текст того, другого парня». Так что «из грязи в князи» — не совсем верно. «Нельзя сказать, будто из магазина видеокассет я сразу подошел к первому дню съемки «Псов», — объясняет Тарантино, стараясь немного стушевать истину, — хотя это почти верно. Я все это время пытался снимать фильмы. Знаете, возможно, мне потребовалось бы немногим больше шести лет, чтобы снять «Настоящую любовь» и «Прирожденных убийц», потому что я хотел сам заработать деньги, так же как братья Коэн с «Чертовски просто» и Сэм Райми со «Зловещими мертвецами», но ничего не получилось. Я потратил шесть лет вхолостую, мне нечего было показать. От отчаяния я написал «Бешеных псов». Я просто собирался взять деньги за сценарий, камеру с 16-миллиметровой пленкой — вот как я собирался начинать. Потом мы заполучили Харви Кейтеля, и это случилось».

У Тарантино всегда были идеи для нового сценария. Закончив «Прирожденных убийц», он набрасывал наметки для сценария, включающего три мрачноватые криминальные истории, сходящиеся в одной точке. Конечно, этому предстояло стать «Криминальным чтивом», хотя к тому времени существовало только две истории. «Я не писал «Бешеных псов» как одну из линий «Криминального чтива», — проясняет он ситуацию. — Идея «Криминального чтива» у меня возникла давным-давно, и я начал писать первый сюжет, в котором появлялись Винсент Вега и жена Марселлуса Уоллеса, и знал, что третий будет о парнях на складе. Но я его так и не сделал, и когда возникла идея «Бешеных псов», это было так: «0’кей, делай это как целый фильм». Нельзя сказать, что я специально начал писать этот эпизод, я просто никогда не собирался этого делать».

Тарантино, хотя и самородок во всем, что касается фильмов, оказался небольшим специалистом в области письма как элементарного физического процесса. В этом его техника страдает дилетантизмом. «Ну, понимаете, я не умею печатать. Я пишу от руки. Печатными буквами. У меня свой метод, и он прекрасно срабатывает, я им доволен. Я просто записываю мысли в записную книжку или куда-нибудь еще». Он умудрился накропать сценарий «Бешеных псов» за три недели. Первоначально бюджет «Бешеных псов» составлял всего $35’000 (за такие деньги и клип-то нормальный в Штатах снять невозможно), но Тарантино повезло: один из его друзей учился вместе с Харви Кейтелем, который, прочитав сценарий, сразу же дал согласие на участие в фильме и даже добавил своих денег для производства ленты. Участие звезды в данном проекте позволило убедить продюсеров увеличить бюджет картины до приличной величины. Съемки «Бешеных псов» начались по графику 29 июля 1991 года. На них ушло 5 недель.

18 января 1992 года «Бешеные псы» были впервые показаны на фестивале «Санденс», в Парк-Сити, штат Юта. «Псы» не выиграли Гран-при, но о фильме было сказано достаточно добрых слов, чтобы поддержать их славу в течение грядущего месяца, до Канн, где его показали из духа соревнования и где он был одобрен критиками, и до других фестивалей, пока он не был официально выпущен в прокат в Америке в октябре. В Торонто он получил приз как лучший фильм.

Что касается сценариев, которыми пришлось пожертвовать, то срежиссированная Томом Скоттом лента «Настоящая любовь» вышла на экраны годом позже, когда Тарантино уже активно работал над «Криминальным Чтивом». «Я бы сделал фильм так, как я писал сценарий, то есть сохранил бы события в той же последовательности. Я думаю, это бы сработало. Однако он срабатывает и так. Я не могу сказать, что они испортили его».

Хотя Тарантино приложил все усилия, чтобы помочь созданию «Настоящей любви», с «Прирожденными убийцами» дело обстояло совершенно по-другому. «Мое имя будет периодически всплывать, но я изо всех сил старался как можно дальше отстраниться от фильма, — заявляет он. — В общем, если он вам нравится, то это — заслуга Оливера. Хороший, плохой или никакой, фильм почти не имеет ко мне отношения». Тарантино до сих пор не видел фильма и не хочет о нем говорить. «Определенно, это не мой сценарий», — категорично заявляет Тарантино.

Вскоре после премьеры «Бешеных псов» в «Санденс» Тарантино отправился в Амстердам, где пробыл пять месяцев. Квентин снял там квартиру, намеренно выбрав без телефона, и отгородился ото всех, за исключением избранного числа друзей. «Я просто болтался без дела и все такое, и, по правде говоря, мне понравилось жить в Европе». Вдохновленный жизнью в Амстердаме, Тарантино начал писать следующий сценарий, «Криминальное чтиво», названный так потому, что источником творческой энергии были бульварные истории. Тарантино давно мечтал о такой свободе самовыражения для режиссеров, какой обладают писатели, о праве не только варьировать хронологический порядок действия, но и позволять героям переходить из сюжета в сюжет. Роджер Эйвори вспоминает, что задолго до того, как «Бешеные псы» появились на свет, Тарантино сидел около офиса Стэнли Марголиса и болтал о наклевывавшемся проекте, окрещенном «Черная маска». «После трех лет безуспешных попыток снять «Настоящую любовь» у нас возникла идея сделать три коротких фильма на вечную тему, — говорит Эйвори. — Сюжеты должны были быть стары как мир. Вы их видели тысячу раз — парень, который должен развлекать жену босса, «но не трогать ее», боксер, который обязан проиграть бой, но этого не делает; а третья история — что-то вроде первых пяти минут из фильмов Джоэла Сильвера — появляются два киллера и кого-то убивают». Однако в самом начале все эти истории надо было продумать. Как сценарист-новичок, Тарантино собирался написать одну историю, Эйвори — вторую, а потом кто-нибудь еще должен был закончить трилогию. «Но мы так и не нашли третьего парня», — говорит Эйвори. Таким образом, третью историю Тарантино взял на себя. В процессе работы у проекта появилось название — «Криминальное чтиво», и в то время как первый эпизод был о парочке киллеров, третья история стала рассказом об ограблении со взломом ювелирной лавки. Для одного фильма этого было больше чем достаточно. Так что Тарантино передумал и превратил свой замысел в «Бешеных псов». просто соединили все вместе». Однако Эйвори были нужны деньги, и срочно. Одной из причин была женитьба, еще хотелось поехать в Канны и снять «Убить Зои». Он продал свои права Тарантино за смехотворную сумму и согласился быть обозначенным в титрах в качестве автора идеи. Получился следующий расклад: автор сценария и режиссер — Тарантино; авторы идеи — Тарантино и Роджер Эйвори.

QTmusic

Продолжить чтение
Нажмите, чтобы прокомментировать

Прокомментировать

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *